Тула и тульский край

Ремесленники, обитавшие в Туле в конце XVI века, занимались в основном кузнечно-слесарным и оружейным делом. Вокруг города развивается местная железодела­тельная промышленность: крестьяне выплавляли чугун в ручных  домницах   (примитивных  доменных  печах),  перерабатывали его в железо и сбывали тульским кузнецам, которые изготовляли из этого металла холодное и огне­стрельное оружие, а также различные изделия для нужд местного населения, численность которого к концу XVI века достигала 3—4 тысяч.

Учитывая важность развития металлического и осо­бенно оружейного производства, 30 казенных кузнецов в 1595 году были поселены в особой, Кузнецкой, слободе в Заречье. Эта сословная корпорация оружейников поль­зовалась некоторыми льготами (по «Обельной» грамоте освобождалась от повинностей, лежавших на «черном на­роде»), но была обязана работать на казну.

Оружейное производство в Кузнецкой слободе велось вручную с помощью простейших инструментов, но при из­вестном разделении труда. Выделялись отдельные виды ремесла в соответствии с производственными процессами изготовления разных частей оружия — ствольного, завар­ного, замочного, ложевого.

Уже в конце XVI—начале XVII столетий среди ре­месленников Тулы начинает намечаться расслоение. Часть из них превращается во владельцев, использовавших на­емную рабочую силу. Не следует, однако, переоценивать это начало классовой дифференциации ремесленников с выделением особой группы предпринимателей; оно только еще намечается. В. И. Ленин писал: «Капиталистические отношения образуются и в мелких промыслах (в виде мастерских с наемными рабочими и торгового капитала), но они развиты здесь еще слабо и не фиксируются в рез­кие противоположности между группами участвующих в производстве лиц».

В конце XVI века Тула являла довольно непригляд­ное зрелище своим внешним видом и характером застройки. Расположенный на зыбкой, болотистой почве, город буквально тонул в грязи в осенние дни и весной, а летом высохшая грязь превращалась в пыль, которая при ма­лейшем ветре клубами носилась над городом. Застройка была беспорядочной, правильных улиц не было; всевоз­можные переулки и тупики, маленькие домики жителей чередовались с огородами и пустырями. Разобраться в этом лабиринте хаотически разбросанных домишек можно было с великим трудом, ориентируясь на заметно выде­ляющиеся церкви (обычно высокие, красивые деревянные здания), на «городовую стену» или единственную Боль­шую улицу, тянувшуюся вдоль посада и проходившую посредине кремля.